Месяц назад на занятии по медицинской этики мы подняли вопрос о популярности психотерапии сегодня. Часть группы, как я, считали это веянием осознанности и работы над личностью, а кто-то – признаком капризности общества.

К моему ужасу, прозвучали тезисы о том, что самоубийство — это эгоизм, депрессия от лени, к психологу ходят слабые люди, да и вообще психологи просто разводят на деньги. Жалеть людей с проблемами не стоит, а уж что говорить про тех, кому нужна помощь психиатра? Их можно вообще списывать?

Мне кажется, что читательницы нашего журнала очень современные, им явно чужды эти мысли. Многие из нас ходят к психологам, на тренинги, читают психологическую литературу. Никто не стесняется работы со своими эмоциями, страхами и травмами. Да и все мои друзья имеют опыт работы с душе-лекарями. Поэтому, оказавшись в эпицентре такой дискуссии, я просто растерялась. Это как оказаться посреди сексисткого общества. Я настолько привыкла к другим мыслям и другим диалогам, что просто не знаю, как объяснять очевидные вещи.

Я заметила ощущение отвращения к людям с психологическими проблемами. «Отклонение», «ненормально». Так уж получилось, что эта ситуация произошла после моего посещения кабинета психиатра, к которому меня направил невролог. У меня было ощущение кома в горле, и врач сказала сходить и послушать специалиста, что он предложит. Это были самые ужасные и токсичные 50 минут в моей жизни. От разговоров про ком в горле врач быстро перешел к вопросам о моей сексуальной жизни и моем внешнем виде. Я пришла к нему в спортивном песочном костюме, у меня короткие волосы. Все это стало основанием для его заключения: «Все ваши проблемы и тревоги от того, что вы пытаетесь походить на мальчика, вам нужны антидепресанты и стараться носить женственную одежду».

И самое ужасно то, из какой позиции говорил со мной врач. Он сидел за столом, я перед ним на стульчике. Он не улыбался, не пытался наладить со мной контакт или быть вежливым. Грубо спрашивал интимные подробности моей жизни, высокомерно слушал мои ответы. Я чувствовала себя больным и ничтожным человеком. Выйдя из кабинета, я начала плакать и отходила от этого сеанса еще пару дней. Конечно, моя психолог была в ужасе от этого рассказа.

К чему эти две истории? Что в обществе, что во врачебном коллективе присутствует высокомерное отношение к людям с психологическими и психическими проблемами.  Причем даже в высокоразвитом обществе. Мои одногруппники люди крайне умные, образованные и воспитанные. Просто стигмы в обществе очень сильные, как и отношение к женщинам, к гомосексуальным людям. Человек, который столкнулся с проблемами, вынужден не просто работать над собой, но еще и перебарывать общественное порицание. Возможно, скрывать свою работу с врачом.

Я активно борюсь со стигмой, что психологи только для слабых и ленивых, что работа с ними это что-то стыдное. Признаться себе, что есть проблемы, которые нужно решить и взять на себя ответственность за свою жизнь — признак сильнейшей личности. Перестать винить мир и окружающих. Перестать запивать боль алкоголем или забивать зависимостями (от еды, от сигарет, от шопинга итд). Остановиться и сказать себе “СТОП”. Я хочу сделать выбор внутри себя и начать работать над проблемами.

 Неважно, какой глубины у вас проблемы, нужны ли вам разговорные техники или таблетки. Если терапия улучшает качество вашей жизни это прекрасно. Не позволяйте никому делать так, чтобы вы чувствовали себя «ненормальными». Норма лишь конструкт общества, а общество, к счастью, меняется. И как я считаю — к лучшему!