— Мне нужна твоя помощь !
Мы обе знаем, что это ритуальная фраза не имеет никакого отношения к ее искреннему желанию знать мое мнение. Скорее это реверанс моему самолюбию.

На самом деле она пришла ко мне с завуалированной просьбой:
— Я хочу, чтобы ты видела «истину» так, как я. А я вижу, что мир несправедлив, работодатель затянул обманом на работу, муж силой держит в несчастливом браке, дети требуют ежедневных жертвоприношения. Это моя борьба ПРОТИВ и мне нужны союзники.

Рефлекторно у меня вспыхивает ответ в стиле «никто не может заставить тебя чувствовать что бы то ни было». Но потом вспоминаю, что он, человек, не за этим ко мне пришел. Ему, человеку, нужно найти подтверждение своей невиновности или вылить накопившиеся г.. ой, переживание. Или просто услышать, что у меня дела еще хуже. Он, человек, молит о разрешении на неудачу, потому что самооправдания уже недостаточно — ценностная планка у всех значительно выросла и нам нужны адвокаты совести.

Специально она мне свою ответственность на суррогатное материнство отдает? Нет! Плохой она человек? Нет! 

Оно ей болит (часто даже физически), мешает (строить счастливую жизнь), пугает (неужели я такая). Страх гонит к близкому в надежде подтвердить, что с ней все в порядке и это они жестокие, неблагодарные, бездушные.

Ах, камон, сколько раз я сама так делала.

А теперь, Знатоки, внимание вопрос: нужна ли моя вселенская мудрость в таких случаях? 

Отвечает Друзь: нет!

Правильно, потому, что если бы «жертва» созрела РЕШАТЬ проблему, то она пошла к профессионалу, которому заплатила бы деньги за «помощь». Это важный, символический акт признания того, что проблема существует и этим она занимается именно в ее жизни.

Мы не можем увидеть, если не смотрим. Когда УВИДЕЛИ, обсуждать не хочется. Тут не до разговоров, от этой бяки  избавится надо. Потому что теперь с ЭТИМ и жить не получится, и игнорировать тоже.

Сложнее всего моей амбиции #успокойсяСейчасЯтебяСпасу не дать микрофон. Потому, что, «это был риторический вопрос — шаблонное оружие женщин и психопатов» (Ирвин Уэлш ,роман «На игле»).

Теперь про то, почему же мне так нравится советовать. Ну, во-первых, это красиво!

Во-вторых, из треугольника Карпмана, где есть Жертва (моя подруга), Агрессор (некий Бармалей из ее жизни), я невольно беру оставшуюся роль Спасателя. Не спрашивайте меня почему, но это работает именно так. 

В-третьих, спасательсво нужно спасающему. Ответственность за чужие чувства и проблемы дает мне индульгенцию не решать собственные.

Недавно подруга рассказывала, как косметолог,
с прыщами на лице, давала ей щедрые советы по уходу за собой.

Любая помощь — это социальный контракт. Я делаю свои 50% — слушаю и поддерживаю, а ты свои — принимаешь решения и действуешь. 

Знаете что бывает, если этого не сделать? Я стану Агрессорам, который обвинит Жертву за то, что она не слушает мои советы,  не так быстро меняется или вообще отвергает помощь. Жертва в истерике ищет нового Спасателя, который должен меня победить и мы втроем перемещаемся строго по треугольнику. 

А на это Бумбокс нам завещал просто любить. Вот прям с любовью разрешить близкому ошибиться и даже пострадать, если ему так сейчас надо. Но главное слово с ЛЮБОВЬЮ, а не приговорами «мне вот никто не помогал в свое время». 

«Люди мы только тогда, когда очень сильно любим. Только тогда, когда мы любим — можем называть себя людьми»